Идея Логоса как всеобщего закона, управляющего миром через единство и борьбу противоположностей, прошла значительную эволюцию от своего зарождения у Гераклита до систематизации в философии стоиков. Для Гераклита Логос был прежде всего безличным универсальным принципом, внутренним разумным ритмом, лежащим в основе знаменитого принципа «всё течёт». Мир, по его мнению, пребывает в состоянии перманентного изменения и становления, где борьба противоположностей — дня и ночи, жизни и смерти — является не разрушительным хаосом, а главным творящим началом. Именно из этой непрекращающейся борьбы и рождается то самое динамическое равновесие, которое является естественным состоянием космоса. Это не статичный покой, а напряжённая, подобная тетиве лука, гармония, постоянно поддерживаемая противоборством равных сил.
Стоики, взяв у Гераклита саму концепцию мирового закона, радикально переосмыслили её, придав ей телеологический и этический характер. Для них Логос уже не был безличным принципом, а отождествлялся с божественным разумом, провидением и творящей огненной пневмой, которая пронизывает всё сущее и целесообразно управляет им. Борьба противоположностей, хотя и признавалась, становилась не сущностной силой, а подчинённым элементом единого божественного плана. Таким образом, равновесие у стоиков — это уже не результат борьбы, а предустановленный, разумный и наилучший порядок, к поддержанию которого стремится сама природа. Из этой предпосылки вытекала и центральная этическая доктрина стоицизма: высшая цель мудреца — познать этот божественный Логос и жить в согласии с ним, обретая внутреннюю свободу и невозмутимость через добровольное принятие воли всеобщего закона.
Таким образом, если у Гераклита акцент делается на диалектике — борьбе и изменении как основе бытия, то стоики сместили фокус на телеологию — разумную целесообразность и предопределённый порядок, где Логос выступает уже не просто как закон, а как божественный управитель мироздания.
